в изумленьи глядели.

Летели... Винт,

звезда блестит в темноте ли?

Летели... Ввысь

до того,

что - иней на теле.

Летели... Сами

себя ж

догоняя еле,

летели. С часами

скорость

творит чудеса: шло

в сутки

двое сполна; два солнца

в 24 часа; и дважды

всходила луна. Когда ж

догоняли

вращенье земли сто мест

перемахивал

глаз. А циферблат

показывал

им один

неподвижный час. Взвивались,

прорезавши

воздух весь. В удушьи

разинув рот, с трудом

рукой,

потерявшей вес, выструивали

кислород. Врезались

разведчики

в бурю

и в гром и, бросив

громовую одурь, на гладь

океана

кидались ядром и плыли,

распенивши воду. Плавучей

миной

взорван один. И тотчас

все остальные заторопились

в воду уйти, сомкнувши

брони стальные. Всплывали,

опасное место пройдя, стряхнувши

с пропеллеров

капли; и вновь

в небосвод,

пылающ и рдян, машин

многоточие

вкрапили.

Летели... Минуты...

сутки...

недели...

Летели. Сквозь россыпи солнца,

сквозь луновы мели

летели.

Нападение.

Начальник

спокойно

передвигает кожаный на два

валика

намотанный план. Все спокойно.

И вдруг

как подкошенный, камнем

аэроплан. Ничего.

И только

лучище вытягивается

разящей

ручищей. Вставали,

как в пустыне миражи, сто тысяч

машин

эскадрильи вражьей. Нацелив

луч,

истребленье готовящий, сторон с десяти

- никак не менее свистели,

летели,

мчались чудовища из света,