чтоб не пропал

ни единый миг, радио

выбубнивает

страницы книг...

Вечер.

Звонок.

- Алло!

Не разбираю имя я... А! Это ты!

Привет, любимая! Еду!

Немедленно!

В пять минут небо перемахну

во всю длину. В такую погоду

прекрасно едется. Жди

у облака

под Большой Медведицей. До свидания! Сел,

и попятились

площади,

здания... Щека - к щеке,

к талии - талией,небо

раза три облетали. По млечным путям

за кометной кривизной, а сзади

жеребенком

аэроплан привязной. Простор!

Тебе

не Петровский парк, где все

протерто

задами парок. На ходу рассказывает

бывшее

в двадцать пятом году. - Сегодня

слушал

радиокнижки. Да...

это были

не дни, а днишки. Найдешь комнатенку,

и то - не мед. В домком давай,

фининспектору данные. А тут - благодать!

Простор

не жмет. Мироздание! Возьмем - наудачу. Тогда

весной

тащились на дачу. Ездили

по железной дороге. Пыхтят

и ползут понемножку. Все равно,

что ласточку

поставить на ноги, чтоб шла,

ступая

с ножки на ножку. Свернуть,

пойти по лесу нельзя!

Соблюдай рельсу. А то еще

в древнее время

были так называемые

автомобили. Тоже

мое почтеньице способ сообщеньица! По воздуху

нельзя. По воде

не может. Через лес

нельзя. Через дом

тоже. Ну, скажите,

это машина разве? Шины лопаются,

неприятностей

масса. Даже

на фонарь

не мог взлазить. Сейчас же

ломался. Теперь захочу

и в сторону ринусь. А разве

езда с паровозом!

Примус! Теперь

приставил

крыло и колеса да вместе с домом